AQUARIUM

Кострома mon amour (1994)

Все песни БГ, кроме (2) - БГ/Джордж.

БГ - голос, гитара
А.Зубарев - эл.гитара
О. Сакмаров - флейта, гобой и другие духовно-струнные клавиши
С. Щураков - аккордеон
А. Титов - бас
А. Рацен - drums
А. Вихарев - percussion
+ А. Решетин сыграл на скрипке в песне "Звездочка",
а девушки подпели в "Нирване" и "Гертруде"

Спасибо струнным и духовым.
Спасибо ансамблю "Темуджин".

Записано Ю. Морозовым . Спасибо ему.
Записано в студии "Мелодии", расположенной в церкви Св. Анны.
Запись "Пой Пой Лира" была сделана на Фонтанке.

(с) Б.Г. 1994
(с) Студия "Союз" 2003

В 1994 году альбом был выпущен компанией "Триарий" без бонус-треков.

Русская Нирвана
Пой, Пой Лира
Московская Октябрьская
8200
Из Сияющей Пустоты
Кострома Mon Amour
Ты Нужна Мне
Звездочка
Сувлехиим Такац
Не Пей Вина, Гертруда

bonus-tracks:
Кострома Mon Amour (Аквариум + Темуджин)
Московская Октябрьская (video)

Русская Нирвана

На чем ты медитируешь, подруга светлых дней?
Какую мантру дашь душе измученной моей?
Горят кресты горячие на куполах церквей -
И с ними мы в согласии, внедряя в жизнь У Вэй.

Сай Рам, отец наш батюшка; Кармапа - свет души;
Ой, ламы линии Кагью - до чего ж вы хороши!
Я сяду в лотос поутру посереди Кремля
И вздрогнет просветленная сырая мать-земля.

На что мне жемчуг с золотом, на что мне art nouveau;
Мне кроме просветления не нужно ничего.
Мандала с махамудрою мне светят свысока -
Ой, Волга, Волга-матушка, буддийская река!

Наверх


Пой, Пой Лира

Пой, пой, лира;
Пой о том, как полмира
Мне она подарила - а потом прогнала;
Пой, пой, лира,
О том, как на улице Мира
В меня попала мортира - а потом умерла.

Пой, пой, лира,
О глупостях древнего мира,
О бешеном члене сатира и тщете его ремесла;
Пой, пой, лира,
О возгласах "майна" и "вира",
О парусных волнах эфира и скрипе сухого весла.

Говорят, трижды три - двенадцать;
Я не верю про это, но все ж
Я с мечтой не хочу расставаться,
Пусть моя экзистенция - ложь;
Там вдали - ипподром Нагасаки,
Где бессмысленно блеет коза;
Все на свете - загадка и враки,
А над нами бушует гроза.

Пой, пой, лира,
О тайнах тройного кефира,
О бездуховности клира и первой любови козла;
Пой, пой, лира,
О том, как с вершины Памира
Она принесла мне кумира, а меня унесла.

Пой, пой, пой...
Пой - и подохни, лира!

Наверх


Московская Октябрьская

Вперед, вперед, плешивые стада;
Дети полка и внуки саркофага -
Сплотимся гордо вкруг родного флага,
И пусть кипит утекшая вода.

Застыл чугун над буйной головой,
Упал в бурьян корабль без капитана...
Ну, что ж ты спишь - проснись, проснись, охрана;
А то мне в душу влезет половой.

Сошел на нет всегда бухой отряд
И, как на грех, разведка перемерла;
Покрылись мхом штыки, болты и сверла -
А в небе бабы голые летят.

На их грудях блестит французский крем;
Они снуют с бесстыдством крокодила...
Гори, гори, мое паникадило,
А то они склюют меня совсем.

Наверх


8200

Восемь тысяч двести верст пустоты -
А все равно нам с тобой негде ночевать.
Был бы я весел, если бы не ты -
Если бы не ты, моя родина-мать...

Был бы я весел, да что теперь в том;
Просто здесь красный, где у всех - голубой;
Серебром по ветру, по сердцу серпом -
И Сирином моя душа взлетит над тобой.

Наверх


Из Сияющей Пустоты

В железном дворце греха живет наш ласковый враг:
На нем копыта и хвост, и золотом вышит жилет -
А где-то в него влюблена дева пятнадцати лет,
Потому что с соседями скучно, а с ним - может быть, нет.

Ударим в малиновый звон; спасем всех дев от него, подлеца;
Посадим их всех под замок, и к дверям приложим печать.
Но девы морально сильны и страсть как не любят скучать,
И сами построят дворец, и найдут как вызвать жильца.

По морю плывет пароход, из трубы березовый дым;
На мостике сам капитан, весь в белом, с медной трубой.
А снизу плывет морской змей и тащит его за собой;
Но, если про это не знать, можно долго быть молодым.

Если бы я был один, я бы всю жизнь искал, где ты;
Если бы нас было сто, мы бы пели за круглым столом -
А так неизвестный нам, но похожий
На ястреба с ясным крылом,
Глядит на себя и на нас из сияющей пустоты.

Так оставим мирские дела и все уедем в Тибет,
Ходить из Непала в Сикким загадочной горной тропой;
А наш капитан приплывет к деве пятнадцати лет,
Они нарожают детей и станут сами собой.

Если бы я был один, я бы всю жизнь искал, где ты;
Если бы нас было сто, мы бы пели за круглым столом -
А так неизвестный нам, но похожий
На ястреба с ясным крылом,
Глядит на себя и на нас из сияющей пустоты.

Наверх


Кострома Mon Amour

Мне не нужно победы, не нужно венца;
Мне не нужно губ ведьмы, чтоб дойти до конца.
Мне б весеннюю сладость да жизнь без вранья:
Ох, Самара, сестра моя...

Как по райскому саду ходят злые стада;
Ох измена-засада, да святая вода...
Наотмашь по сердцу, светлым лебедем в кровь,
А на горке - Владимир,
А под горкой Покров...

Бьется солнце о тучи над моей головой.
Я, наверно, везучий, раз до сих пор живой;
А над рекой кричит птица, ждет милого дружка -
А здесь белые стены да седая тоска.

Что ж я пьян, как архангел с картонной трубой;
Как на черном - так чистый, как на белом - рябой;
А вверху летит летчик, беспристрастен и хмур...
Ох, Самара, сестра моя;
Кострома, мон амур...

Я бы жил себе трезво, я бы жил не спеша -
Только хочет на волю живая душа;
Сарынью на кичку - разогнать эту смурь...
Ох, Самара, сестра моя;
Кострома, мон амур.

Мне не нужно награды, не нужно венца,
Только стыдно всем стадом прямо в царство Отца;
Мне б резную калитку, кружевной абажур...
Ох, Самара, сестра моя;
Кострома, мон амур...

Наверх


Ты Нужна Мне

Ты нужна мне - ну что еще?
Ты нужна мне - это все, что мне отпущено знать;
Утро не разбудит меня, ночь не прикажет мне спать;
И разве я поверю в то, что это может кончиться вместе с сердцем?

Ты нужна мне - дождь пересохшей земле;
Ты нужна мне - утро накануне чудес.
Это вырезано в наших ладонях, это сказано в звездах небес;
Как это полагается с нами - без имени и без оправданья...

Но, если бы не ты, ночь была бы пустой темнотой;
Если бы не ты, этот прах оставался бы - прах;
И, когда наступающий день
Отразится в твоих вертикальных зрачках -
Тот, кто закроет мне глаза, прочтет в них все то же -

Ты нужна мне...
...окружила меня стеной,
протоптала во мне тропу через поле,
а над полем стоит звезда -
звезда без причины...

Наверх


Звездочка

Вот упала с неба звездочка, разбилась на-поровну,
Половинкой быть холодно, да вместе не след;
Поначалу был ястребом, а потом стал вороном;
Сел на крыльцо светлое, да в доме никого нет.

Один улетел по ветру, другой уплыл по воду,
А третий пьет горькую, да все поет об одном:
Весело лететь ласточке над золотым проводом,
Восемь тысяч вольт под каждым крылом...

Одному дала с чистых глаз, другому из шалости,
А сама ждала третьего - да уж сколько лет...
Ведь если нужно мужика в дом - так вот он, пожалуйста;
Но ведь я тебя знаю - ты хочешь, чего здесь нет.

Так ты не плачь, моя милая;
Ты не плачь, красавица;
Нам с тобой ждать нечего, нам вышел указ.
Ведь мы ж из серебра-золота, что с нами станется,
Ну а вы, кто остались здесь - молитесь за нас.

Наверх


Сувлехиим Такац

Его звали Сувлехим Такац,
И он служил почтовой змеей.
Женщины несли свои тела, как ножи,
Когда он шел со службы домой;
И как-то ночью он устал глядеть вниз,
И поднял глаза в небосвод;
И он сказал: "Я не знаю, что такое грехи,
Но мне душно здесь - пора вводить парусный флот!".

Они жили в полутемной избе,
В которой нечего было стеречь;
Они следили за развитием легенд,
Просто открывая дверь в печь;
И каждый раз, когда король бывал прав,
И ночь подходила к ним вброд,
Королева говорила: "Подбрось еще дров,
И я люблю тебя, и к нам идет парусный флот!".

Так сделай то, что хочется сделать,
Спой то, что хочется спеть.
Спой мне что-нибудь, что больше, чем слава,
И что-нибудь, что больше, чем смерть;
И может быть, тогда откроется дверь,
И звезды замедлят свой ход,
И мы встанем на пристани вместе,
Взявшись за руки; глядя на парусный флот.

Наверх


Не Пей Вина, Гертруда

В Ипатьевской слободе по улицам водят коня.
На улицах пьяный бардак;
На улицах полный привет.
А на нем узда изо льда;
На нем - венец из огня;
Он мог бы спалить этот город -
Но города, в сущности, нет.

А когда-то он был другим;
Он был женщиной с узким лицом;
На нем был черный корсаж,
А в корсаже спрятан кинжал.
И когда вокруг лилась кровь -
К нему в окно пришел гость;
И когда этот гость был внутри,
Он тихо-спокойно сказал:

Не пей вина, Гертруда;
Пьянство не красит дам.
Нажрешься в хлам - и станет противно
Соратникам и друзьям.
Держись сильней за якорь -
Якорь не подведет;
А ежели поймешь, что сансара - нирвана,
То всяка печаль пройдет.

Пускай проходят века;
По небу едет река
И всем, кто поднимет глаза,
Из лодочки машет рука;
Пускай на сердце разброд,
Но всем, кто хочет и ждет,
Достаточно бросить играть -
И сердце с улыбкой споет:

Не пей вина, Гертруда,
Пьянство не красит дам.
Напьешься в хлам - и станет противно
Соратникам и друзьям.
Держись сильней за якорь -
Якорь не подведет;
А если поймешь, что сансара - нирвана,
То всяка печаль пройдет.

Наверх


Вернуться к другим альбомам.

Вернуться к главному меню.

Для писем